Хорошо излагает

Ты мало найдешь здесь моего и хотелось бы, чтобы ничего моего здесь не 

было, но зато прочтешь ты много заимствованного у мудрейших и 

благочестивейших из писавших о Боге, тебе, вероятно, или совсем 

неизвестных или известных только понаслышке. Это и не удивительно. 

Мудрейшие люди писали по-гречески и по-латыни, т. е. на языках, ныне 

гонимых к презираемых, писали не для забавы и легкого чтения, 

темнотою своих писаний отпугивая невежд и нечестивцев, в последовании 

слову Евангельской Истины: не мечите бисера перед свиньями". Но ты, 

читатель, не принадлежишь, конечно, к гнусному роду этих животных, а 

посему можно тебе излагать мудрое языком немудрствующим.

Lubuntu

Почти как Лубунту = легко и молодо:

однако поудаляли это легко и весело – за два года — может быть уже не легко и не весело.

и лубунту оказалось не столь легкой и приятной как mint – мятой.

Мята, мята и еще раз мята — проста понятна. mint – 17 Qiana

Юрий Кузнецов 1941 – 2003

Наваждение
Призраки с четвёртым измереньем
В мир проникли плотным наважденьем.
Среди них ты ходишь и живёшь,
Как в гипнозе, слыша их галдёж.
Лица их – сплошные негативы,
Мины их презрительно-брезгливы,
А в глазах как мысль мелькает цель,
Людям неизвестная досель.
Одного, другого ненароком
Тронешь, и тебя ударит током.
Мрак включён. Остерегайся впредь:
Ты задел невидимую сеть.
Тут система, ну а мы стихия,
А за нами матушка-Россия,
А за нами Божия гроза…
Всё-таки гляди во все глаза.
1998 г

Предчуствие медиальности.
про блоГГеров.
среди них ты мертвый, не живешь
как в гипнозе слышишь их звездёж.


Скажу тебе (за тайну) что я в Болдине писал, как давно уже не писал. Вот что я привез сюда: 2 [гл<авы>] последние главы Онегина, 8-ую и 9-ую, совсем готовые в печать. Повесть писанную октавами (стихов 400), которую выдадим Anonyme. Несколько драматических сцен, или маленьких трагедий, имянно: Скупой Рыцарь, Моцарт и Салиери, Пир во время Чумы, и Д.<он> Жуан. Сверх того написал около 30 мелких стихотворений. Хорошо? Еще не всё: (Весьма секретное) Написал я прозою 5 повестей, от которых Баратынский ржет и бьется — и которые напечатаем также Anonyme.

9 декабря 1830
Письмо П.А. Плетневу

Павел Александрович Флоренский (1882-1937)

«не первый и не последний: удел величия – страдание, – страдание от внешнего мира и страдание внутреннее, от себя самого. Так было, так есть и так будет. Почему это так – вполне ясно; это отставание по фазе: общество от величия и себя самого от собственного величия, неравный, несоответственный рост, а величие есть отличие от средних характеристик общества и собственной организации, поскольку она принадлежит обществу. Но мы не удовлетворяемся ответом на вопрос «почему?» и хотим ответ на вопрос «зачем?», «ради чего?» Ясно, свет устроен так, что давать миру можно не иначе, как расплачиваясь за это страданиями и гонением. Чем бескорыстнее дар, тем жестче гонения и тем суровее страдания. Таков закон жизни, основная аксиома её. Внутренне сознаешь его непреложность, но при столкновении с действительностью, в каждом частном случае, бываешь поражен, как чем-то неожиданным и новым. И при этом знаешь, что не прав своим желанием отвергнуть этот закон и поставить на его место безмятежное чаяние человека, несущего дар человечеству, дар, которые не оплатить ни памятниками, ни хвалебными речами после смерти, ни почестями или деньгами при жизни. За свой же дар величию приходится, наоборот, расплачиваться своей же кровью. Общество же проявляет все старания, чтобы эти дары не были принесены И ни один великий никогда не мог дать всего, на что способен – ему в этом благополучно мешали, все, все окружающие. А если не удастся помешать насилием и гонением, то вкрадываются лестью и подачками, стараясь развратить и совратить»,

Павел Александрович Флоренский

Внук

Еще одно видео убрали. Интервью внука Флоренксого.

видео .. оно преходяще. оно предмет торговли. или политики. оно не так как Логос.
Слово достаточно – но не абсолютно – устойчиво под действием времени.
Хоть Гумилев и писал про скверный запах гниющих слов, но .. но и еще раз но.
из тьмы веков на мировом погосте…

только слово, слова, их сплетения и танцы, поэзия, .. и только русские слова,
так уж получилось, ну значит  танцующий Пушкин и безумный Даниил Андреев,

даже музыка .. это не музыкальные форматы а нотные.  Ну или то и  другое.
Рискованная затея – разрывы с прошлым, с тем что было, хотя вот в 2014 году это – то, что
было раскрывается совершенно в жутком свете, в мерцающем свете тюремных
камер 30-ых русских годов — годов страха и страданий.  предвоенных и военных годов.
выжили не лучшие.
те, кто смирился, предал, оставил потомство, в котором есть место тому генетическому
страху дедов, которые боялись – деды боялись и предавали, деды выживали…

Но не все. Павел Александрович не согнулся, пошел до конца. Что его внук сегодня?

в этом мрачном ужасе русского 2014 года.

его отмолил дед

но кажется, что русское православие пало не 100 лет назад и не 70.. а только сейчас.
разложилось.

и это уже нечто другое – некая сказка замешанная на лжи, лжи и еще раз лжи.
как коммунистическая доктрина в русско-мордорских условиях.

как шахматы. это уже не искусство или религия. это форма зарабатывания денег.
спорт для людей типа пауков.  типа Таля, с тремя пальцами, спорт для нравственных
уродов.

Василий Иванович Белов, 1932 – 2012

А что кто-то так сейчас может писать?
Ну хоть близко, ну хоть приблизительно так, не зло и правдиво.

пыль, пыль и грязь.

толстый быков, депрессивный прилепин и падший пелевин…

разложение духа и его г-спутники.

на излете и изврате.
пустота лежит в кровати.
умирает пустота,
тра-та-та, тра-та-та.